Авторский мир. Здесь тебя ждут фэнтези, интриги и тонкий мистицизм. 21+
528 год ноябрь-январь Временной промежуток в котором мы сейчас играем. События ДО оформляются в прошлом. События будущего не далее февраля. События этого периода ты может посмотреть в истории мира в датах
Гость, для того, чтобы тебе было удобней ознакомиться с игрой, тыкни в темы начало, там описаны технические характеристики игры, что мы играем. Если есть вопросы напиши гостевую. Мы рады тебе, так что не бойся задавать вопросы. Будем рады любой обратной связи по навигации и удобству форума.
Рады приветствовать всех, кто прибыл в игру и уже написал анкеты. Я чуть переделал подачу общих сюжетов. Теперь в разделе события от нас выложена навигация к первой арке

Команда победитель МАТЕРИЯ, поздравляем всех участников команды!

Команда победитель МАТЕРИЯ, поздравляем всех участников команды!

Команда победитель МАТЕРИЯ, поздравляем всех участников команды!

Команда победитель МАТЕРИЯ, поздравляем всех участников команды!

Команда победитель МАТЕРИЯ, поздравляем всех участников команды!

Strange, isn't it? To love a book. When the words on the pages become so precious that they feel like part of your own history because they are. It's nice to finally have someone read stories I know so intimately.
Strange, isn't it? To love a book. When the words on the pages become so precious that they feel like part of your own history because they are. It's nice to finally have someone read stories I know so intimately.

Materia Prima

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Materia Prima » БЕЗВРЕМЕНЬЕ » АРКА 1. ДА БУДЕТ ПЛАМЯ » [4.09.528][26.10.528] Как же тебе повезло, моей невесте.


[4.09.528][26.10.528] Как же тебе повезло, моей невесте.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

[html]<div class="ques3">
<kart><img src="https://forumupload.ru/uploads/001b/5e/12/2/913915.png"></kart>
<nazv>Как же тебе повезло, моей невесте. </nazv>
<nazv>[4.09.528][26.10.528] Столица. </nazv>
<gam><z>Основные участники:</z>
<a href="https://mateprima.ru/profile.php?id=42" target="_blank">Эдвард Аэрас</a>,
<a href="https://mateprima.ru/profile.php?id=33" target="_blank">Констанция Аэрас</a>,
<a href="https://mateprima.ru/profile.php?id=45" target="_blank">Изабель Леруа</a>,
<a href="https://mateprima.ru/profile.php?id=56" target="_blank">Бетани Мёрфи</a>,
<a href="ссылка" target="_blank">Все желающие</a>,

</gam>
<opis><z>Описание сюжета:</z> Одна свадьба одни похороны.
</opis>

</div>[/html]

+2

2

Прекрасная рисуется картина. Слегка банальная в своем исполнении: будто сошедшая со страниц пошлых, бульварных романов, созданных будоражить неокрепшие ума юных девиц. Вон он герой - восседающий на белом коне в золотых доспехах, на его голове корона. Вот подле него его избранница - вся в ворохе белоснежного шелка, с венцом из алых цветов. Они продвигаются вместе от замка к королевской пристани, под восхищенные крики толпы. Под ликующие крики духовых и аплодисменты дрожащих под ветром флагов со стягами Дома Аэрас и Дома Эйвиос.

Они должны были запомниться так - прекрасный правитель и его наречённая - кажущая еще более маленькой и хрупкой на фоне его огромной фигуры. Эдвард Аэрас с легкостью спешится и поможет своей вот-вот жене, позволяя себе больше чем должно - не просто подав руку, а подхватив малышку Ко-ко за талию. Чем вызовет ропот смущения у званых гостей и вдох умиления у гостей из простого люда. Кто-то в толпе обронит неуместное: Смотрите-ка как не терпится ему.

А главные герои пройдут рука об руку к утопленной в цветах площади, где их уже дожидается Магистр Мелос. Готовый принять их союз - и возложить корону на голову уже королевы. Там Эдвард произнесёт клятвы. Быть для Констанции не только правителем, но и защитником. Там он выслушает и ее - быть для него верной женой ...до конца его дней.

Из толпы не видно, ни чуть отстранённого выражения лица главного героя. Ни пустоты его глаз, холодно смотрящих на свою избранницу. Эдвард не понимает, что должен испытывать. Что должен изображать. Он тянет рот в улыбке, он произносит хорошую, даже трогательную речь, способную вызвать слезу умиления у присутствующих - и только он и его шут-поэт - знает кто автор столь проникновенных строк. Даже то как, наконец, после стольких лет ожидания, голову дочери Запада увенчает корона - не вызовет в Эдварде ничего. Лишь ощущение проигрыша.

Магистр Мелос хорошо сыграл свою партию - только Эдвард поздно понял что, был пешкой. Разыграть невозможность союза. Подогревать его сопротивлением. Создать иллюзию невозможности. Все это старый интриган отыграл четко как по нотам. И Эдвард поверил. И верил бы до сих пор, если бы утром ему не раскрыли карты.  Старик просто не мог срыть своей довольной улыбки. Он вновь победил. Эдвард смотрел на свою Королеву. И думал, играла ли она - или была такой же пешкой, как и он.

Может быть чуть позже он спросит ее об этом? Ночью он узнает где еще она играла. Была ли она в сговоре? Знала ли она о планах Лорда Запада и Магистра. Или оставит все как есть. Игра давно стала ему надоедать, в ней нахватало нового поворота. Возможно, пора добавить трагедии?

Эдвард поцелует свою жену. Пошлым. Грязным. Неуместным и очень долгим поцелуем. Удерживая в своих руках как пойманную птицу. Таким поцелуем целуют шлюх, а на благородных дев. Эдвард же не целовал. Он наказывал. Он пророчил прикосновением губ и языка наказания которые еще ждут его Королеву.


Ужасная рисуется картина. Банальная в своем горе. Молодой Правитель - с измазанным белилами лицом, от глаз любопытной толпы разделяет лишь саван. Его молодая вдова вся в черном, совершают уже привычный для них ход. От замка к королевской пристани. Флаги со стягами опущены. Слезы Королевы не увидят из-за черной вуали на её лице. Непорочная - ударит шепот в спину. Мученик-прибавится в эхе.

Не получилось. Не сбылось. Мертворожденный брак закончится так и не начавшись. Чуть позже в тавернах и темных улочках будут ехидничать, да пошлить делая ставки - а так ли непорочная Королева? Поднимать бокал за покойного Правителя, не забыв упомянуть имя нового - Дария. Припомнив что горе оно хоть дело кислое, но и на свадьбу, и на похороны королевские - дары простому люду развали не хилые и на том спасибо. А раз так-то, что похороны, что свадьба одно и тоже - только цветом одеяния на невесте-вдове и отличается.

Клятв в это раз не будет. Все клятвы исполнены. Магистр Мелос тихо произнесет речь - спокойную и мерную. Перевяжет руки покойнику красной лентой, тонким кинжалом разрежет стопы - чтоб не ходил мертвый по земле. Зашьет веки - чтоб не подсматривал за живыми. Скрепит швом и уста - чтоб не болтал. И уж после подзовет к гробу жену покойного. Чтоб через саван на нареченного своего посмотрела. Чтоб если силы есть - уста его зашитые поцеловала. А позже в путь в усыпальницу на вечный покой

Подпись автора

https://i.ibb.co/Lv15rrC/2.png

+4

3

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5e/12/4/406100.png[/icon][status]в интересах революции[/status][nick]человек в толпе[/nick][lzv]<div class="lzname">  <div class="lzinfo"> Я буду классным когда взорву ваш магазин <a href="https://www.youtube.com/watch?v=Z8B8LFSJ43Y">Таким опасным и сексуально заводным</a>[/lzv]

Кукле мешала вуаль.

Тонкое, чёрное кружево, перехваченное на фарфорово бледном лбу золотой тесьмой малого королевского венца, стекало по лицу до середины груди. Слишком плотное. Слишком скорбное. Нарочито упрощённое. Слишком раннее.

Ещё недавно утром кукла была другой. На ней было роскошное белое платье, с серебропенной парчой нижней юбки, с кокетливыми складками под высоким турнюром. Длинные, темные косы куклы причудливыми клубками свивались на горделивой головке, прятали в себе крошечные заколки - искусно воплощенные в металле цветы. В маленьких ушках полыхали камнями сережки, тройная нить ожерелья охватывала тонкую шейку, а на щеках цвел практически живой румянец. Кукла стояла высоко над толпой, шаловливо выставляя из-под подола носочек расшитой лозой туфельки и улыбалась. Чуть-чуть высокомерно. Чуть-чуть игриво. Почти по-настоящему.

— Ах, какая Королевна,— очень тихо, очень робко говорила Вилкот-Вилочка, крохотная девочка, получившая прозвище за то, что дура-мать пыталась заколоть её ещё в младенчестве десертной вилкой, задирала острый подбородочек и невесомо трогала мужчину с резкими чертами лица за полу мундира, — Дядя Кас, смотри какая Королевна!

С неделю всё отпущенные на берег моряки были спешно отозваны из увольнительных. В порту едко пахло пороховой гарью – гулкой скорбью пушечных ядер разносилась над волнами горькая весть. По притихшему древнему городу дробью лошадиных копыт мчались вестовые – Гвардия и Флот переходили в боевую готовность. Правитель умер!

Город притих, прикрыл тревожно окна ставнями, отвернулся от своих веселых салонов, разудалых кабаков и гостеприимных борделей, обезлюдел, чинно развесив по крышам и оградам траурные серые полотнища. В порту не швартовались корабли. Осиротевшие Гвардия и Флот снарядились отстаивать права дома Аэрас от всех возжелавших посягнуть на его привилегии.

И никому не было дела ни до кукольной Королевны в наскоро подогнанном по фигуре черном платье из чужого сундучка, ни до её золотого венца, поверх простых свободно плетеных кос, ни до золоченой фольги на её пальцах, ни до её стремительно покатившейся вниз цены.

Лица гостей и жителей Столицы были повернуты только в одну сторону – в сторону Дворца. Дворца, на ступени которого этим утром вышел Великий Маг и по правую руку его, на шаг впереди, сразу за паланкином с телом покойного шел Дарий Бастард, Дарий Безземельный, Дарий будущий Правитель островов.

— Ох, какая Королевна, - тихим шепотом говорила Вилкот-Вилочка и тыкалась мокрым носом мужчине в шею, обеими руками крепко прижимая к себе обряженную в чёрную хламиду царственную куклу. Крупные, детские слезы соленым горохом капали на воротник форменного мундира.

Пожалуй, эта выросшая в борделе девчушка, с рождения приговоренная магом к отправке на север, как потенциальная мать воина гильдии, едва не убитая из сострадания собственной гулящей матерью, безмолвная тень - одна из немногих присутствующих на этой площади искренне печалилась по безвременно усопшему Правителю и его молодой супруге. Горькими слезами оплакивая их не случившуюся любовь, которая до края жизни и немного дальше..

У остальных же были свои мотивы быть на этом народном сборе под несправедливо теплым осенним солнцем. У мужчины, к примеру, причиной была брюнетистая девичка из свиты скорбной Королевы. Мужчина охаживал её долго, шептал слова приятные маленькому ушку. Да расписывал любовь, вечную и неземную. Доказывая умелыми пальцами под вздорно задранным подолом страсть свою и верность. А ради такой можно и на грех пойти, можно в ночь перед похоронной процессией записку госпоже своей передать - где помимо скорбных, банальных фраз будет весточка от друзей со всем возможным пиететом и жаждой встречи, коль надумает молодая вдова увидеть, что не все на этом празднике скорби головы склоняют перед властью мажьей.  Королеве самую малость оставалось, записку получить да наколоть на одеяние свое черное что-то кричаще красное. То сигналом будет, что в уме ещё девица запада, не совсем рехнулась и тающая на глазах власть голову ей не вскружила.

Толпа расступилась, выпуская от траурного помоста очередную группу скорбящих, и мужчина с девочкой поспешат продвинуться вперед. Не потому, что ему так жаждилось попасться на глаза будущему Правителю, а то и самому Великому Магу, а потому что чувствовал он, что этого хочет Вилкот-Вилочка. Хочет поближе увидеть живую Королевишну, точную копию которой так жалостливо гладит по промоченной слезами голове. Хочет, но никогда этого не попросит. Этот ребенок вообще не умеет просить, с благодарностью принимая всё: от побоев загулявшим клиентом до подаренных королевских кукол. Впрочем, не так уж и много было в её короткой жизни подарков, а потому он шел вперед, с каждым следующим шагом видя как наливается траурной бесцветностью день.

Вуаль, определенно, всё портила.

+4

4

Момент, о котором мечтает любая девушка-подросток! Даже в своих фантазиях Констанция не позволяла себе мечтать о таком: вся столице на ушах, восхищается ей… свадьба королевского масштаба! Она выдержала все испытания магистра, все упреки Эдварда, всё это давление со стороны семьи… Ради чего? Короны, Запада, семьи? Лично для неё важным был именно этот момент! Она и впрямь была счастлива, впервые участвуя в процессии со всем удовольствием. Грудь сдавливало от эмоции и дышать становилось тяжелее. Она учтиво кивает всем собравшимся, идет плавно, невинно смеется от прикосновений Эдварда, умилительно смущаясь на публику.
Всё походило на какой-то сон, дурман… Не бывает всё так идеально! Вот он Магистр, уже более учтив чем казался обычно. И он помещает эту корону на её голову. Как долго она представляла этот момент! Столько было вытерплено ради этой бижутерии, что она автоматически становилась ценна не только ввиду своих камней и отделки! Будь это простой венок, он стоил бы много!
Но вот она коситься на своего теперь уже мужа и тяжелый груз падает ей на шею… Она так сильно увлеклась собственным праздником, что не обратила на него внимания, а между тем природная чуткость подсказывала ей, что он явно не так рад, каким хочет казаться. Улыбка слишком широкая – он так не улыбается, глаза пустые – он не хочет здесь находится… Разлюбил?! Сейчас?! Страх, отчаяние, паника и наконец гнев – всё взорвалось в её груди за мгновение до того, как он схватил её в самом непристойном из возможных поцелуев. Она лишь поддается его движению – теперь это её долг. Вот только… пальцы её казалось легли на грудь короля, но на самом деле коготки её устремились в его плоть прям через одежды. Она может и была птичкой в плетке, но хватала его ястребиной хваткой. Когда же он расторг их поцелуй, то на него смотрели совсем не те невинные глазки, что обычно… Он хотел отнять у неё последнюю надежду на счастье, и она не могла позволить этого допустить. В милом жесте она положила ладони на его руки и теперь впилась ноготками наверняка.
— Даже не смей бросать меня сейчас! Не после всего! Ты заставил меня пройти всё это, чтобы прекратить сейчас?! — для вида она также улыбалась, но шепот её был самым разъярённым, и даже улыбка не могла спрятать того огонька в глазах. То, что церемония идёт не совсем по плану, могли заметить разве что самые внимательные и, собственно, магистр, стоящий неподалеку.


Он не был её другом. Но и стать врагом, достойным такого конца он тоже не успел. Лишь ей одной известно какие муки испытывал король последние часы своей жизни и чего ей стоило перенести всё это. Ещё до взрыва у неё практически не осталось иллюзий по поводу Эдварда – жизнь их счастливой бы не была, он бы игрался с ней как с куклой, считаясь лишь со своими желаниями и не имея формальных границ после свадьбы. И всё-таки почему-то она искренне скорбела, искренне чувствовала вину и откровенно плакала. Слез было не много, большая часть ушла на нервное изнеможение до всех этих церемоний. Но те редкие слезы уже прожигали собой кожу королевы, ссохшуюся и раздраженную. Вуаль не прятала слезы – их она не стыдилась, давно смирившись со своим статусом дуры, что будет плакать по своему неверному мужу и несбывшемуся тирану, вуаль скрывала то, что стало с её прежде аккуратным личиком.
Пересуды в спину волновали её меньше всего – уже было не важно, что о ней думают, игра её в любом случае закончена и дальше бороться смысла нету. Никогда прежде она не чувствовала физическую боль от нервного истощения и бессонных ночей. Живот крутило, виски болели, глаза стягивались, а во рту был странный металлический привкус. Не без труда она проделала путь вместе с телом своего супруга и с полным безразличием наблюдала за погребальной процедурой.
Она подошла к телу, когда пришел её черед и взяла паузу. Торопить её теперь было бессмысленно. Это было её время, и она пользовалась им на правах хозяйки. Измученное лицо Эдварда даже после смерти не обрело покой и напомнило ей о тех страшных последних ночах, что она провела подле него. Но в тоже время, будто вспоминая свой последний миг, он, казалось, странно ухмылялся сквозь боль. Заметив ухмылку, Констанция не смогла сдержать свою.
Саван никуда не годиться! Почему смят? Руки королевы потянулись расправлять. Неопрятным в последний путь он от неё точно не уйдет. Сопротивляться-то он теперь не может! Тяжело выдохнув, Ко приподнимает вуаль, являя свой лик… Чтож, не на много лучше покойника. Эти мешки под глазами, рыхлая от слез кожа, бледность от усталости… Ладонями она приобняла его голову, согнувшись над его телом.
— Ты выиграл. Не знаю стоило ли оно того, но ты выиграл. Во всяком случае со мной. Меня бы ты никогда не пожалел, а мне даже сейчас тебя жаль, слышишь? Ублюдок и дурочка – вот уж семья у нас. — смахнув с глаз очередные слезы, она без внутреннего сопротивления целует зашитые губы. Их брак был смехотворно быстрым. Дочь Запада готовили исполнять супружеский долг по-разному. Она практически не успела побыть женой, не стала матерью. Но долг свой она исполнила перед всеми: короной, семьей, Западом, Эдвардом. Исполнила так, как умела, по-другому и не смогла бы.
Его уносят в усыпальницу, а силы оставляют Констанцию. От части ей хотелось издевательски помахать ему вслед, но рука упала на середине последней пакости. В глазах помутнело, и земля начала уходить из-под ног…

+3

5

На свадьбе Дарий держится в стороне. Подойдет в свой черед поздравить молодоженов и ищет возможность незаметно исчезнуть. Праздник? Помилуйте, политика. Все эти улыбки, напыщенные слова, пафосные поздравления — не более, чем желание произвести требуемое впечатление, попасться нужным людям на глаза и достичь еще каких-нибудь своих целей.

Если что-то случится… Простите, все-таки когда, это же дворец… Дарий узнает. Если понадобится, за ним придут. Если захотят в чем-то обвинить — обвинят вне зависимости от его местонахождения. Так какой смысл мучить себя пребыванием в пропахшей смесью духов и пота, жаркой от человеческих тел, пыльной от пудры толпе, ведущей пустопорожние разговоры? Тем более, на его бессменный черный камзол и так косятся, а откуда-то принесли слушок, что он станет вестником несчастья. Смешно, потому что Дарий чувствует себя единственным человеком в этом сборище, не плетущим никаких интриг и не втянутым в чужие настолько, чтобы ему об этом стало известно.


Идти впереди магистра было странно. Идти за гробом Эдварда — тем более. Дарий не понимал, что чувствовал. На похоронах короля-отца это было трусливое облегчение от того, что ледяные равнодушные глаза закрылись навсегда. Сейчас же перед мысленным взором стояла лишь сцена за пару минут до взрыва. Лежащая на столе корона и слова магистра Мелоса, что она должна быть возложена на сына Эдварда. Так было бы правильно, так должно было случиться рано или поздно. А его, Дария, судьба провести свою жизнь тенью во дворце, если не найдется занятие поинтересней.

Хотел он власти? Ничуть. Он хотел оставаться в стороне, наблюдая, как копошится клубок змей. Как крысы пожирают друг друга. Он не собирался становиться одной из них. И уж тем более вставать во главе, пусть даже чисто номинально.

Дарий почти не слушает речь магистра, погруженный в свои размышления и воспоминания. С приближающейся тошнотой наблюдает за зашиванием глаз и губ. Он впервые видит процесс настолько близко. Едва сдержав дурноту, отвернется, когда Констанция поцелует покойника. Отметит лишь про себя, что выглядит она не многим лучше его. Как и положено вдовствующей королеве, пожалуй, единственной искренне скорбящей в этом зале. И стремительно шагнув вперед, бережно подхватит девушку под руку, когда ту начнут оставлять силы. Ну вот, добро пожаловать в игру. Теперь только слепой не скажет, что вдовствующая королева под крылышком у будущего короля.

+4

6

Написано совместно с @Изабель Леруа

К королевской чете они подойдут вдвоем. Когда поздравят приближенные к королевской чете особы, затем представители именитых родов и настанет время делегатов. Да, на этой церемонии Изабель не будет на привычных ее статусу и положению местах: ни подле Магистра Мелоса, ни среди представителей знати. Мадам Леруа вместе с мисс Мерфи представляют сегодня дам благочестивых. Трудниц из дома благочестия, что был расположен в центральном районе Столицы и содержал на попечении сиротские приюты, где воспитывались дети, у которых был шанс на какую-никакую достойную жизнь. Особенно, если пожелают послужить короне или магам.

Одеты девушки празднично, но с тем и просто. Их скромные белые платья украшены цветными церемониальными лентами, такие же вплетены в аккуратные и простые прически. К воротничку у каждой приколота брошка из меди, символизирующая служение. Маа должна быть благосклонной к этому браку. С девушками идет девочка лет десяти, также одетая в белое платьице и с цветными лентами на распущенных волосах. Она несет огромный букет свежесрезанных крупных белых роз, символизирующих чистоту и целомудрие.

- Пусть Маа будет благосклонна к вашему союзу, - произносит девчушка положенные слова и глядит на королеву с неприкрытым восхищением. Девушки улыбаются и приседают перед королевской четой в реверансах. Изабель ласково оглаживает девчушку по волосам, оправляя ленточки и подталкивает малышку ближе, дескать, давай.

Троица уходит, букет отправляется слугам, а церемония продолжается. Но, кажется Эдварду или нет, что рыжеволосая трудница подмигнула ему украдкой? А в воздухе мимолетно почудился шлейф аромата, знакомый только ему...


К покойнику они тоже подойдут вдвоем. Та же делегация, но повод другой, печальный. Одинаковые черные платья и все те же брошки. В строгих прическах трудниц больше нет цветных лент, теперь только черные. Девушки молча поклонятся присутствующим, затем гробу и отойдут. С ними мальчик лет десяти, одетый в форму, которую обычно носили сироты. В руках у него охапка кровавых роз. Бетани легонько подтолкнет его ближе. Цветы лягут на постамент в ногах покойного. Затеряются в охапках таких же, принесенных скорбящими. Позже слуги отнесут их в склеп.

Как и в прошлый раз Леруа, выбрав роль делегата, не задерживается на церемонии. Магистр может призвать ее в любое время дня и ночи, если будет такая необходимость. Она уходит прежде, чем все закончится и Мелос совершит последние действия перед отправкой гроба с покойником в склеп. Лишь перед самым уходом она заметит мужчину, который наблюдает за церемонией, укрывшись в полутьме арки. И отвернется тут же, взяв мальчика за руку и как можно скорее продолжив путь вниз, в толпу.

Мужчину заметит и Бетани. Она задержит на нем взгляд чуть более долгий, чем следует, а реакция компаньонки заставит уголки губ подняться в едва заметной улыбке. Девушка спустится следом, случайно столкнувшись в толпе с мужчиной в мундире и девочкой на рука. Короткие извинения, и трудницы отойдут на почтительное расстояние, к экипажам, в одном из которых их уже ждут.

- Словно дежавю, Белла, да повод печальный, - произносит Бетани, грустно глядя на Изабель темными глазами и попутно приглаживая волосы обнявшего уже ее мальчишки, - ты большой молодец, Даниэль, сестры будут тобой гордиться, - переводит взгляд на парня и шарит в сумочке. Оттуда достает красочный леденец и пару монет, - держи, - улыбается, - ты заслужил. Купишь себе что-нибудь, когда ярмарки откроются.

- Вероятно, откроются не скоро, Бетти, - пожимает плечиками Изабель, - с этими взрывами весь город на ушах, сама видишь, - впрочем, рыжая улыбается, - когда все это закончится, наведаюсь к тебе в театр, если состояние супруга позволит. Последнее время совсем плох, - печальный вздох, поджатые губки, намек на то, что почтенный господин Леруа уже и сам не столь далек от погоста, - давно не была, уже забыла как ты поешь, - тут девушка спохватывается, - твой приятель снова, помню-помню, ты говорила, иди уже скорее, Даниэля я отвезу...

Девушки перебросятся еще несколькими ничего не значащими фразами обычной милой девичьей болтовни, после чего Леруа и мальчик уедут, оставив Бетани наедине с ее делами. Наблюдать, да встретиться с нужным человеком в условленном месте после окончания церемонии.

+2

7

[lzv]<div class="lzname"> <a href="ссылка на анкету">Секутор III ступени</a>, УМЕР В 5 Y.E </div> <div class="lzclan"><a href="ссылка на клан">-Глава Красного Дома-</a></div>
[/lzv][nick]Скотади-Мелос-Рат[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5e/12/4/159048.png[/icon][status]приемник мага у трона[/status]

Толпа превращалась в море. Пока спокойное, скользящее мирным течением, касающее неторопливыми волнами помоста с гробом Правителя всех остров. Тихого. Покойного. Уже не зрячего. Толпа шелестит, пенится белыми платочками. И покорно расступается, чтобы пропустить к покойнику очередную делегацию из особо знатных и уважаемых. К ногам Эдварда Мученика выстелена дорога из цветов, слез и сожалений.

Толпу ведет не только горе по уже забытому молодому Правителю, но и любопытство. В толпе говорят. Говорят - Эдварда, изуродованного взрывами, положили в гроб по частям. Говорят - Королева нашла утешение в объятиях Дария Бастарда. Говорят - Магистр Мелос вот-вот почит, только долг перед троном заставляет его сердце биться. Толпа жадно впитывает каждый жест с актеров, что играют роли на королевском помосте, запоминает каждый шорох и топчет древние камни Площади. Толкает впереди идущих. Бурлит недовольно, стекается густотой, начинает душить теснотой.

Будущего мага у трона, слившегося в тенях арки, мало интересует гроб и его содержимое. Мало привлекает Королева и будущей Правитель и их личная маленькая драма. И даже кольцо наместника Магистра Мелоса, закрытое от посторонних глаз кожей перчатки не греет душу. Его всецело захватила - толпа. Шумящая, бурлящая - она отвлекает от боли привезенной с острова Грех.

Толпа втекает ровным течением на Королевскую площадь, через ряд широких арочных ворот, проходит дальше где сливается в общее море. И пока утреннее солнце целует шпили домов, пока благородное общество власть имущих выполняет свой скорбный долг. Широкий выход с площади манит своей доступностью. Давая господам после лобзания королевского эго и выражения всех пиететов, отправиться на экипажах по домам или салонам. Чтобы там, как и положено в столь скорбный час, пустить скупую слезу по Эдварду Мученику и отпустить тяжелых груз печали каплей хорошего вина.

Другим же менее благородным пташкам как по крови так и по намереньям своим, желающим скрыть в толпе помыслы не добрые, придется уходить через узкие закоулки улочек паутинок. Где каждого проходящего встречают гвардейцы, где каждого сопровождает взгляд воронов Красного дома... где на камнях брусчатки высечены знаки на языке первых. Шаг - ловушка захлопнется. Заставит замереть. Выдоха не сделать без боли, за границу не ступить и дар от цепких воронящих когтей не скрыть.

Маг красного дома, Приемник Магистра Мелоса, следит за толпой. Следит когда пробежится по ней шорох непонимания, шорох страха. Когда в ловушки попадутся первые полукровки. Когда страх коснется человека к человеку, когда затронет порченную кровь затесавшуюся в толпе. Тогда-то в небо будут выпущены Чахайцы. Те что спались после взрыва, то малое что удалось сберечь. Те понесут свой дозор вновь, покружат над толпой, запомнят особо взволнованные лица. Их будут цеплять из толпы Вороны, вести к ловушкам, проверять на чистоту крови.

Маг чувствует каждую печать на брусчатке, каждую самолично заклинал, к каждой был подключен магией. От того срывался в темени арке, смотрел на толпу через свет желтых глаз. Следил, запоминал.

Спутницу рыжей ведьмы заметил не сразу сначала чуть мазнул коротким вниманием Изабель, дав ровно столько сколько дали ему. И только потом заметит короткую улыбку у её компаньонки. Запомнит.

Когда сестры благочестия закончат свои траурный ход, когда основной выход по ту сторону площади будет перекрыт. И сработают первые ловушки. Когда в небе над площадью победно каркнет первый ворон. Маг у трона отправит Чахайца искать девицу с острожной улыбкой и закрытой на все пуговицы Безмирьем.

0


Вы здесь » Materia Prima » БЕЗВРЕМЕНЬЕ » АРКА 1. ДА БУДЕТ ПЛАМЯ » [4.09.528][26.10.528] Как же тебе повезло, моей невесте.